Экспорт зерновых из России и Украины встал из-за войны. К чему это может привести?

С 28 августа в Ростовской области введен режим чрезвычайной ситуации. «Признать чрезвычайной ситуацией регионального характера обстановку, сложившуюся начиная с 10 июля 2026 года на территории Ростовской области, обусловленную прекращением работы портов и нарушением морского судоходства в Азово-Черноморском бассейне вследствие атак вооруженных формирований Украины на объекты логистической инфраструктуры, которые повлекли скопление у сельскохозяйственных товаропроизводителей значительных объемов сельскохозяйственной продукции и могут повлечь нарушение условий жизнедеятельности людей, значительные материальные потери», — говорится в распоряжении губернатора региона Юрия Слюсаря.

Никто никуда не плывет. И не едет

Ростовская область — одна из житниц России, на ее долю приходится почти 10% урожая зерна, прежде всего — пшеницы. В основном она, как и зерно из других южных регионов, шло на экспорт через порты Азовского моря. Однако, как свидетельствует глава Зернового союза Аркадий Злочевский, отгрузки в эти порты полностью остановились из-за атак украинских беспилотников. Ситуация в Черном море получше, но, по словам Злочевского, «очень тяжелая». «Вчера были прилеты в Новороссийск, пострадали два крупнейших терминала, остались всего два целых терминала», — говорит он в интервью, вышедшем 12 августа.

Однако именно в этот день ВСУ опять ударили по Новороссийску дронами и ракетами, повредив «Новороссийский зерновой терминал» и терминал «Новороссийский комбинат хлебопродуктов». В результате с 12 августа работу приостановили уже три из четырех терминалов. 24 августа УК «Деметра-Холдинг» подтвердила остановку НЗТ, а также терминала в Тамани. Кроме того, 18 августа атакованы дронами российские зерновозы в акватории Черного моря вблизи российских портов.

«Экспортеры практически перестали закупать зерно, на этом фоне останавливают закупки и внутренние переработчики. Сегодня цены падают по 100, а то и по 200 рублей ежедневно», — признает Злочевский.

Фермеры вынуждены продавать зерно на внутреннем рынке. Результат — цены опустились уже ниже $100 за тонну. Это ниже себестоимости, которая составляет, по словам Злочевского, 10-13 тысяч рублей за тонну ($115-150 по курсу).

Несмотря на сверхнизкие цены, российские клиенты тоже не спешат с закупками. Причина проста — зерно негде хранить: общая мощности для хранения составляют 164-173 млн тонн зерна, дефицит современных хранилищ составляет 20-40 млн тонн. Пока фермеры оставляют зерно на т.н. напольном хранении — то есть, насыпью в крытых ангарах и под навесами, а также в полиэтиленовых рукавах на полях. Но это — временная мера, зимовать так зерну нельзя, да и качество его (а значит, и цена) при таком хранении снижается.

Альтернативный маршрут для зерна с Юга России — Балтика. Но балтийские терминалы способны закрыть максимум 10-20% от объемов перевалки Черного и Азовского морей — исторически балтийские порты ориентированы на отгрузку зерна из других регионов (Сибирь, Урал, Поволжье, Центр). Перенаправление южных потоков приведет к вытеснению грузов из Сибири, у которых и так нет других удобных экспортных альтернатив. Разве что Китай — у него сейчас из-за жары прогнозируется слабый урожай кукурузы, традиционно идущей на корм скоту. Но в этом случае отличное сибирское зерно Китай купит по цене кормового.

Впрочем, пока у сибирских фермеров другая беда: из-за нехватки топлива у них срывается посевная озимых. И хотя российское правительство продлило запрет на экспорт топлива до конца января 2027 года, украинские атаки на НПЗ выбивают все больше мощностей. Хуже всего опять хозяйствам южных регионов: топливо туда везут бензовозами из Воронежа и даже из Татарстана — то есть аграриям приходится доставлять солярку за сотни километров прямо во время уборки. Естественно, с ростом километража растет и цена: дизель для аграриев (он идет по специальной цене) резко подорожал — с 30 апреля на 42%, а с февраля цена выросла вдвое. Стоимость топлива с доставкой в хозяйство уже превысила 100 000 рублей ($116 тысяч) за тонну. При этом само топливо приходится ждать: раньше поставка занимала один-три дня, теперь — до пяти и больше. И закупиться в короткий промежуток, когда поставки бензина и дизеля было стабилизировались, фермеры не могли: у большинства хозяйств ёмкости хватает только на две-четыре недели работы.

Капля в море

Нельзя сказать, что правительство совсем не обращает внимания на ситуацию в агросекторе. В конце концов, речь идет о репутации страны как надежного поставщика в такие страны, как Египет, Турция, Иран, Саудовская Аравия и Бангладеш. Да и экспортные доходы для бюджета нелишние — в этом году планировали получить 135,82 млрд рублей. Не сравнить, конечно, с 8,9 трлн рублей, которые планировали получить от нефтегазового сектора, но при растущем дефиците бюджета и это деньги.

Помимо продления запрета на экспорт топлива, правительство планирует субсидировать железнодорожные перевозки зерна на 9,5 млрд рублей. Правда, деньги пойдут РЖД и перевозчикам, а не аграриям. Да и проблему автомобильных перевозок так не решить, а без них не обойтись. Минсельхоз, в свою очередь, заявил, что прорабатывает дополнительные меры поддержки: пролонгацию льготных краткосрочных кредитов на сезонные полевые работы в профицитных регионах, где аграрии сталкиваются со сложностями с реализацией урожая, выделение дополнительных субсидий производителям зерна, а также применение механизма закупочных интервенций. Возможно, будут отменены экспортные пошлины на зерно. Все это, конечно, хорошо — особенно отмена экспортных пошлин и массированные госзакупки зерна, — но пока все эти меры «прорабатываются», а урожай горит на полях уже сейчас.

Чем это может обернуться? Уже сейчас фермеры говорят о сокращении посевов под зерновые. Масличные культуры, прежде всего, подсолнечник, имеет гораздо более высокую маржу. Все больше фермеров сеют рапс — рапсовое масло востребовано в здоровом питании, жмых идет на корм скоту, а сама культура является хорошим сидератом и помогает подготовить поле к севу пшеницы. Однако экспортные возможности России по семенам рапса и рапсовому маслу невелики: на европейском рынке первую позицию прочно занимает Сербия, а вторую — Украина, на американском континенте господствует рапс из США и Канады, ЮВА сама выращивает рапс, плюс импортирует его из Австралии. А в Африке и на Ближнем Востоке спрос гораздо меньше. Что касается подсолнечника, то здесь Россия тоже не самый большой экспортер — в основном, он идет на внутреннее потребление. К тому же цены на подсолнечное масло строго контролируются правительством — оно входит в корзину, по которой Росстат считает продуктовую инфляцию.

Кстати, об инфляции. Если вы думаете, что благодаря кризису с экспортом зерна в России подешевеют хлебобулочные и макаронные изделия, то вы сильно ошибаетесь. Даже сейчас, когда зерно дешевеет, хлеб дорожает — потому что в цене этой продукции стоимость муки (и, соответственно, зерна) составляет не более 20%, зато очень сильно влияет стоимость того же топлива.

Если ситуация не изменится — а пока предпосылок для этого не видно, — уже весной многие хозяйства столкнутся с невозможностью закупиться семенами, удобрениями и топливом. Сельское хозяйство живет в кредит: фермеры кредитуются весной под будущий урожай и расплачиваются осенью, после продажи урожая. Для крупных агрохолдингов это будет проблемой, но не смертельной — особенно, если у них есть и перерабатывающие мощности. А вот мелким и средним фермерам придется плохо. Одних купят те же крупные агрохолдинги, а другим, особенно мелким, придется просто банкротится и искать какую-то работу. Если конечно, они ее найдут. Альтернатива? Идти на войну — которая, в сущности, и стала причиной нынешней трагедии российского агросектора.