«Мы собрали достаточно доказательств, чтобы посадить вас. Иначе мы бы вас просто отравили»

«Он идиот, — сказал своему собеседнику Владимир Путин, стукнув кулаком по столу, — Он слишком явно себя выдал». Кто из политиков с мировым именем был в этот момент собеседником Путина, Эван Гершкович в своей книге не написал. Известно лишь, что встреча прошла вскоре после международного обмена 1 августа 2024 года, в результате которого Эван попал домой. Прежде, чем обвинить Гершковича в шпионаже, Путин прочитал своему оппоненту историческую лекцию длиной более 60 минут, в итоге сделав вывод, что корреспондент The Wall Street Journal, несомненно, работал в интересах ЦРУ.

Эту же версию Гершковичу, уже оказавшемуся к тому времени на свободе, вскоре повторит Такер Карлсон, который во время интервью с Путиным в Москве в феврале 2024 года поинтересовался, когда Эван покинет стены СИЗО. Путин сказал, что его «кое-что смущает: почему США прилагают столько усилий ради освобождения баскетболистки [речь о Бриттни Грайнер, арестованной в феврале 2022 года на пересадке в аэропорту «Шереметьево» за провоз вейпа с гашишным маслом], но ничего не делают для шпиона?» Услышав эту фразу, Гершкович убедился в том, что был для Москвы лишь фамилией из длинного списка имен «обменного фонда», который на Лубянке иногда называют «пунктом по обмену валюты».

Как сейчас рассказывает Эван на страницах книги, ФСБ искала «наиболее убедительный способ» представить его шпионом, лично доложив Путину об аресте секретного агента ЦРУ. Для этого сотрудники самой влиятельной российской спецслужбы сами организовали первую встречу журналиста с провокатором — никому не известным «активистом» уральского профсоюза «Солидарность» Павлом Сергиеней.

«ФСБ могла прийти к Путину и преподнести ему версию, которая убедила бы его в том, что я действительно шпион, и дала бы зелёный свет на мой арест во время второй встречи. Путин, как мне кажется, полностью поверил в эту легенду», — пишет Гершкович.

Корреспондент The Wall Street Journal был задержан в Екатеринбурге в марте 2023 года. 19 июля 2024-го его приговорили к 16 годам колонии по делу о шпионаже, обвинив в сборе секретных сведений о работе «Уралвагонзавода». Процесс над Гершковичем был закрытым, но при оглашении приговора судья упомянул человека по имени Павел Сергиеня, которому нужно было вернуть вещдок — телефон, изъятый ФСБ.

Эван Гершкович вспоминает, как при встрече Сергиеня вложил ему в руку аккуратно исписанные чёрной ручкой бумаги, похожие на официальные таблицы с цифрами объёмами производства. Эти бумаги вскоре стали главным доказательством обвинения. Комиссия, созданная спецслужбой, признала гостайной только один факт: сведения о возможной производственной мощности танкового завода. Интересно, что, согласно версии Эвана Гершковича, именно эту информацию Павел Сергиеня сам предложил предоставить журналисту The Wall Street Journal.

Приёмы старой школы

Перенесёмся на 40 лет назад в Нью-Йорк. Здесь 23 августа 1986 года 39-летний физик Геннадий Захаров был задержан около станции метро на углу 67-й Авеню и Фреш Понд Роуд в районе Квинс в тот момент, когда передавал 1000 долларов США наличными завербованному им сотруднику секретной военной компании, изготовлявшей компоненты для реактивных двигателей и радаров. «Тайный информатор» под контролем ФБР в ответ передал Захарову три секретных документа.

Заместитель директора ФБР Джон Хоган на пресс-конференции заявил, что «физик» — кадровый офицер КГБ. Геннадий Захаров был обвинен в шпионаже, ему грозило в США пожизненное заключение, так как дипломатического иммунитета у него не было. Тайный информатор ФБР Лих Боге получил за эту операцию от ФБР 20 000 долларов — в два раза больше, чем Захаров заплатил ему за три года, ушедших на вербовку.

Ответ КГБ последовал очень быстро. 2 сентября 1986 года в Москве по обвинению в шпионаже был арестован корреспондент американской газеты US News&World Reports Николас Данилофф, внук царского генерала и праправнук декабриста Александра Фролова. Восемь сотрудников КГБ СССР в штатском задержали Данилоффа на Ленинских горах сразу после того, как его давний знакомый — школьный учитель по имени Миша — вручил журналисту конверт с секретными картами дислокации частей советских войск в Афганистане.

Годом ранее КГБ уже пытался завербовать Данилоффа. В январе 1985 года кто-то подбросил в его почтовый ящик конверт, который содержал «рукописные страницы технического характера, где много раз встречалось слово «ракеты». Отправителем был священник Роман Потемкин, диакон одной из московских церквей, который якобы хотел рассказать Данилоффу «всю правду про РПЦ». Журналист передал письмо «отца Романа» в посольство, а там решили сыграть по-крупному.

Вскоре «отцу Роману» позвонил дипломат Пол Стомбаух, агент ЦРУ, который представился «другом Николая» и предложил немедленно встретиться. Финал этой истории в свое время описал мой друг и коллега, «золотое перо» русского Нью-Йорка Владимир Козловский, пишущий о криминале и шпионаже более 40 лет: «Стомбаух принес на встречу со священником машинописное письмо, которое Данилоффу потом предъявят в КГБ как вещдок. В нем говорилось: «Дорогой друг, сообщаем, что Ваше письмо, переданное через журналиста, дошло до указанного Вами адресата. Мы высоко ценим Вашу работу». В письме были указания, как выйти на связь с ЦРУ.

Как потом выяснилось, осведомитель КГБ «отец Роман» отнёс это письмо своему куратору. Но Николая Данилоффа завербовать ему не удалось. И тогда на свет появился «школьный учитель Миша», который вежливо и оперативно, но под надзором восьми сотрудников КГБ, принес журналисту секретные военные карты Афганистана. «Школьный учитель» Миша Лузин был кадровым офицером КГБ СССР в звании старшего лейтенанта, но в его биографии было «второе дно».

После того, как КГБ и ЦРУ, получив личные указания Михаила Горбачева и Рональда Рейгана, договорились обменять Данилоффа на Захарова, судьбы героев этого детектива сложились очень по-разному. Данилофф с радостью вернулся в Нью-Йорк, а Захаров возвращаться в СССР не хотел. Он предложил ФБР свои услуги и сразу сдал трех советских разведчиков, которые работали в аппарате ООН. Но в итоге Захаров был депортирован.

Священник Роман Потёмкин стал епископом неофициальной «Истинно Православной Церкви» отцом Мануилом (Платовым), но в 2025 году получил 15 лет тюрьмы за организацию сети детской проституции. «Школьный учитель Миша» оказался не просто офицером КГБ «Лузиным», но и бывшим убийцей Алексеем Яцковским, завербованным КГБ в тюрьме. За операцию по аресту Николая Данилоффа он получил звание капитана, но после крушения СССР эмигрировал в США, где зарабатывал на жизнь пением блатных песен в русских ресторанах Бруклина. Он вернулся в Россию только после прихода к власти Владимира Путина, и в 2024 году умер в сибирском городе Черемхово.

Но методы работы оперативников живы, более того — они не меняются. Если журналисту предложить секретные документы, он заинтересуется, не правда ли? А дальше его можно арестовать и отправить в «Пункт обмен валюты».

Обменный пункт российской геополитики

На закрытом процессе по делу Гершковича «профсоюзный активист» Павел Сергиеня выступил свидетелем обвинения и сообщил, что ещё до встреч с журналистом рассказал ФСБ о его интересе к военному производству. Интересно, как он узнал интересы Гершковича еще до знакомства? Пока мы знаем только версию самого журналиста и фрагменты показаний осведомителя ФСБ. Было бы любопытно узнать остальные детали дела, скрытого под грифом «Секретно». Возможно, позже, лет через 40. Сейчас очевидно главное: Эвану Грешковичу очень повезло, что он попал в «пункт обмена».

Следователь ФСБ, как пишет в книге сам Эван, на допросе сказал ему, что при отсутствии нужных доказательств журналиста могли просто убить: «В любой стране есть враги, которых нужно сажать в тюрьму или устранять. В вашем случае мы явно собрали достаточно доказательств, чтобы посадить вас. Иначе мы бы вас просто отравили».

Сорок лет назад советские спецслужбы действовали дипломатичнее, чем сегодняшние российские. Но в остальном сценарий операции «агент ЦРУ Данилофф» удивительным образом совпадает со сценарием операции «агент Гершкович».

Данилофф был доставлен в США 23 сентября 1986 года, а через неделю в обратном направлении вылетел советский «физик» Захаров. Эван Гершкович был освобождён 1 августа 2024 года в рамках синхронного обмена заключёнными между Россией и западными странами.

Этот обмен был самым крупным между Россией и Западом со времён холодной войны: 16 человек в обмен на восемь взрослых и двоих детей. В Россию, в частности, приехал агент спецслужб Вадим Красиков, осуждённый в Германии за убийство в Берлине Зелимхана Хангошвили, и другие «официальные лица». В другую сторону улетели Пол Уилан, Алсу Курмашева, Владимир Кара-Мурза, Илья Яшин, Андрей Пивоваров, Олег Орлов, Лилия Чанышева, Ксения Фадеева, Саша Скочиленко и Рико Кригер, освобождённый из Беларуси.

В тот же день, когда в книжные магазины Нью-Йорка и Вашингтона поступил первый тираж книги Эвана Гершковича «Эта прекрасная проклятая земля», спецпредставитель Дональда Трампа Джон Коул сообщил американскому изданию The Atlantic о том, что он лично предложил президенту США ослабить некоторые санкции против российской экономики в обмен на освобождение политзаключённых. Трамп согласился.

«План Коула» вызовет критику со стороны Киева, представителей Демпартии в Конгрессе США и, вероятно, некоторых столиц Европы, пишет The Atlantic. На другой чаше политических весов — жизни политзаключенных в России, о которых недавно в интервью CNN говорил лауреат Нобелевской премии мира Дмитрий Муратов. Он напомнил, что миссия Джона Коула уже освободила из Беларуси более 700 политзаключенных. Посмотрим, удастся ли политикам сделать соседнюю страну чуть более прекрасной, чем проклятой.