В обновленном макропрогнозе, на который ссылается The Moscow Times, Минэкономразвития ожидает, что в этом году промышленность завершит спадом на 0,2% год к году вместо майского прогноза роста на 0,6%. Этот макропрогноз служит основой для трехлетнего бюджета.
В 2027–2029 годах министерство ждет возврата к росту: на 2,2%, 2,7% и 2,4% соответственно. Если оценка на этот год сбудется, промышленный спад станет для России первым с 2020 года, когда на фоне пандемии COVID-19 выпуск сократился на 2,9%.
Даже в первый год войны с Украиной промышленность удержалась в плюсе — на 0,4% — несмотря на уход западных компаний, остановку автозаводов и эмиграцию сотен тысяч квалифицированных работников.
По данным Росстата, за январь–август промышленное производство в целом осталось на нулевом уровне, а в августе спад возобновился и составил 0,8% год к году. Выпуск одежды снизился на 4,2%, химической продукции — на 3%, а в металлургии — на 5,2%; более чем на 20% упало производство лифтов, более чем на 30% — грузовых вагонов.
Производство нефтепродуктов третий месяц подряд падает темпами около 20% после ударов по НПЗ. Добыча нефти сокращается уже седьмой месяц подряд из-за невозможности переработать сырье, а к концу года она составит 494 млн тонн и будет минимальной за 17 лет.
Аналитики Райффайзенбанка связывают ухудшение ситуации с жестким рынком труда, высокими кредитными ставками, санкционными ограничениями на ремонт и покупку оборудования и перебоями в логистике. Экономист Игорь Липсиц говорит, что «вымирaют целые отрасли или очень сильно стагнируют»: в беде, по его словам, находится угольная промышленность с почти 700 млрд рублей убытков за три года, сталелитейные заводы останавливают доменные печи, а алмазные рудники консервируют из-за убытков.
Липсиц также связывает трудности смежных отраслей со снижением спроса на новостройки и стройматериалы. Экономист Дмитрий Полевой считает, что повышение налогов, о котором Минфин объявил при обсуждении бюджета на 2027–2029 годы, усилит проблемы бизнеса, уже теряющего прибыль и спрос; по его словам, у многих частных компаний «запаса прочности уже нет», а малый бизнес «держится» из последних сил.
Источники
