Плач по камню. Почему демонтаж памятника Булгакову в Киеве возмутил и российских охранителей, и либералов

Киевский горсовет решил демонтировать памятник Михаилу Булгакову в декабре 2025 года. Он вошел в список 15 монументов и объектов, связанных с Российской империей и Советским Союзом. В их число попали мемориалы Михаилу Глинке и Анне Ахматовой, символический знак «Киев — город-герой» с пятиконечной звездой, памятный камень к 100-летию Владимира Ленина, мемориальная доска Петру Чайковскому и другие объекты.

Вот некоторые отзывы российских пользователей соцсетей на снятие скульптуры с пьедестала:

«Рагулье тупорылое».

«Булгаков — это Киев, троечники просто этого не знают».

«Шариков дал потомство».

«Больная страна. Йопнутые люди».

«Булгаков был Киевлянином… Какая разруха в головах...»

«Мрази с хвостами на головах».

«Мелкие завистливые никчёмные бесенята».

«Борются с историей».

«Когда уже этим дебилам башку снесут… Бендеру там поставьте, может жить будете богаче или легче вам станет..уроды!!»

«Строем ходят долбоёбы».

«Вандализм не имеет оправдания».

«Как все-таки был прав Булгаков касательно украинства — все еще в «Белой гвардии» описал».

«Ничто не ново под луной: «Дни Турбиных» Сталин распорядился снять во МХАТ после настойчивых требований украинских писателей».

«Это именно из серии тех провокаций, которые стали триггером конфликта. И служат они одному — разжигание».

В провластных российских СМИ — схожий накал страстей. «Процесс отказа от культуры, проникшей в плоть и кровь народа, — сродни кастрации. Разница лишь в том, что физические кастраты, в силу особенностей физиологии, как правило, к агрессии не склонны. А вот духовные кастраты, правящие «незалежной», представляют сейчас и будут представлять в будущем угрозу всему живому и мыслящему», — заходится в возмущении «АиФ».

Действительно — какие уж там российские бомбы и ракеты, какая уж там ядерная угроза миру со стороны России? Украина — вот главная опасность для планеты.

Тут к слову надо заметить, что монумент Булгакову на Андреевском спуске был первым в мире — киевляне его установили в 2007 году (в Москве, на Большой Пироговской улице, свой памятник появился только в 2015-м). И в Украине сегодня тоже многие возмущаются демонтажом памятника Булгакову. Но всё-таки это дело украинцев, какие памятники оставлять, а какие сносить.

А вот о российской реакции поговорить стоит, она очень показательна. Потому что читаешь такие отзывы — и понимаешь, почему война России против Украины стала возможной. И нет, не только потому, что на троне 25 лет сидит царь-гопник с манией величия, мечтающий попасть в историю как очередной собиратель русских земель и считающий развал СССР большой геополитической катастрофой.

Уже стало неприличным произносить словосочетание «имперское сознание», но куда от него деться, когда речь заходит об отношениях России и Украины, даже если оставить за скобками сегодняшнюю войну? Неотъемлемое право считать себя вправе вмешиваться в дела страны, еще недавно бывшей частью общего государства, — это и есть имперское сознание, в котором порой даже самые сочувствующие Украине освоили в мозгу свое отношение к Украине как к братьям нашим меньшим. Так авторитарные родители пытаются «рулить» взрослыми отселившимися детьми, по-прежнему видя в них младенцев, которые так и норовят засунуть палец в розетку. Только в случае с Россией для Украины, как видим, такие попытки заканчиваются кровавой трагедией.

То, что киевлянин Булгаков, любивший свой город, был при этом противником украинской государственности и, мягко говоря, вообще недолюбливал «украинскость», — бесспорный факт. Достаточно почитать «Белую гвардию», чтобы увидеть его антиукраинизм. Устами Алексея Турбина, исключительно положительного персонажа, которого считают авторским альтер-эго, Булгаков формулирует свое отношение к украинскому государству и гетману Павлу Скоропадскому: «Я бы вашего гетмана ... за устройство этой миленькой Украины, повесил бы первым». А Шервинский уверяет, что Скоропадский всё начал делать правильно — в Киеве пять процентов украинцев, он бы их утихомирил и насадил бы в Киеве русскую армию.

Пренебрежительно описаны и украинцы, которые реально помогали семье Булгаковых. Прототипом одного из персонажей стал украинец Василий Листовничий — владелец дома на Андреевском спуске. В романе он изображен как трус и жадный приспособленец под именем Василия Лисовича по прозвищу Василиса.

Или вот ещё цитата из «Белой гвардии»: «То не серая туча со змеиным брюхом разливается по городу, то не бурые, мутные реки текут по старым улицам — то сила Петлюры несметная на площадь старой Софии идет на парад». И дальше: «Софийский тяжелый колокол на главной колокольне гудел, стараясь покрыть всю эту страшную, вопящую кутерьму». Это описание многолюдного молебна и крестного хода, посвященного победе петлюровцев и их приближению к Киеву. «Кутерьма», «сатана влез на колокольню», «дьявол в рясе», «яростные собаки на цепи» — так автор комментирует радостное ожидание киевлян входа Петлюры в город.

Сама идея украинизации Булгакова тоже раздражала:

«- Сволочь он, — с ненавистью продолжал Турбин, — ведь он же сам не говорит на этом языке! А? Я позавчера спрашиваю этого каналью, доктора Курицького, он, извольте ли видеть, разучился говорить по-русски с ноября прошлого года. Был Курицкий, а стал Курицький… Так вот спрашиваю: как по-украински «кот»? Он отвечает «кит». Спрашиваю: «А как кит?» А он остановился, вытаращил глаза и молчит. И теперь не кланяется.

Николка с треском захохотал и сказал: — Слова «кит» у них не может быть, потому что на Украине не водятся киты, а в России всего много. В Белом море киты есть…»

В 1934 году Булгаков вступил в Союз писателей СССР — в то самое время, когда в Киеве происходили массовые аресты и расстрелы его украинских коллег-писателей.

У истории вообще своеобразное чувство юмора. Именно в те дни, когда по России пошел плач по киевскому памятнику Булгакову, в Москве обсуждается скорое возвращение памятника Дзержинскому на Лубянку. Тем временем режиссер Бортко снимает «объективный» многосерийный фильм про Сталина, у которого в России сейчас, по оценкам, — более двухсот памятников.

По данным Министерства культуры Украины, число поврежденных или уничтоженых объектов культурного наследия в результате полномасштабной войны к 2026 году превысило 1,7 тыс. — это музеи, храмы, галереи, исторические здания. Сравните эту цифру с одним демонтированным (не разрушенным!) самими украинцами памятнику.

При этом на оккупированных территориях российские власти спокойно демонтируют украинские памятники и устанавливают свои — «героям СВО» (читай, убийцам и насильникам). В основном это были мемориалы Голодомора и памятники жертвам сталинских репрессий, а в Донецке еще в 2014 году ликвидировали памятник украинскому поэту и диссиденту Василю Стусу. В мае 2022 года в ходе боевых действий под Харьковом сгорело здание музея великого украинского философа Григория Сковороды. Надо ли говорить, что нынешние плакальщики по Булгакову ничего об этом не пишут?

Поддерживать Украину и сочувствовать ей, когда украинцы видятся лишь жертвами агрессии, но мгновенно перейти к ненависти и презрению, как только они совершат что-то, неподвластное пониманию, что-то, обидевшее тебя как русского человека, да еще в выражениях, которые и цитировать противно, — это лицемерие. Варварство — это не демонтаж памятника в воюющей стране, варварство — не понимать и не хотеть понимать его причин.