«Страна-то непредсказуемая у нас». Как топливный кризис переживает город, куда можно добраться только автотранспортом

Переправа через реку Шексну соединяет город Белозерск и село Липин Бор Вологодской области. Здесь уже второй месяц начинается утро понедельника водителей Белозерской больницы — в пути за бензином. Министерство здравоохранения области, которому подчиняется больница, распорядилось заправляться на ближайшей станции «Лукойла» — в 48 километрах от учреждения.

В июле, чтобы заправить машину, жители Белозерска Вологодской области были вынуждены проезжать 120 километров до ближайшего крупного города — Череповца. В начале месяца губернатор Вологодской области Георгий Филимонов заявил, что «ситуация с топливом стабилизировалась». Сейчас бензин в Белозерске есть: «стабильно» по 120 рублей за литр. Это более чем вдвое дороже, чем до начала массированных ударов ВСУ по российским нефтеперерабатывающим заводам.

«В министерстве посмотрели на карту и сказали: «От Белозерска в 40 километрах — село Липин Бор, ездите заправляться туда. Если нет, то попутно в Череповце», — рассказывает механик машины скорой помощи Андрей. — Я в пятницу в Череповец возил больного, так только на четвёртой заправке, прикидываете, заправился. Ну ничего, может, наладится всё. За 30 лет, сколько работаю здесь, бывали и хуже времена…страна-то непредсказуемая у нас».

Всего в Белозерске действует три АЗС, и все они перекупают топливо у федеральных сетей, продолжая держать двойной, а то и тройной ценник: по 120-150 рублей за литр. Администрация эту ситуацию не комментирует.

***

По набережной вдоль Белозерского канала проносятся велосипедисты всех возрастов, мелькают покосившиеся деревянные дома. По ту сторону канала между деревьев просматривается Белое озеро — жемчужина этого города, ради которой по выходным в Белозерск устремляются толпы туристов.

Белозерск — древний город. Традиционно его начало отсчитывают с 862 года — даты основания Руси. Согласно «Повести временных лет», когда Рюрика призвали на княжение, один из двух братьев, князь Синеус, сел на престол именно здесь. Город славится 500-летним кремлем, старинными храмами и рыбным промыслом.

В канал с разбега бросается орава мальчишек — прямиком из дома напротив. За ними поспевает бабушка.

- Отдыхаете здесь?

- Приехала детей купать. Они тут по 20 раз на дню плескаются.

- А сами откуда?

- Из Петербурга [расстояние до Белозерска — 633 км — Мост Медиа]. У нас тут квартира, приезжаем на отдых. Все говорят, тут — лучшее место на земле.

- А для вас как?

- Ну если брать пляж, то да.

В субботу парковка у пляжа не справляется с наплывом машин. Андрей, охранник Белозерского порта, то и дело выглядывает из-за забора, с волнением посматривая на прибавляющиеся ряды машин. В начале июля, в разгар топливного кризиса туристов практически не было, а те, кто всё-таки доезжал, застревали в городе с пустыми баками. Поэтому возвращение отдыхающих на пляж выглядит для Андрея знаменательно.

Постоянных жителей Белозерска — в советское время зажиточного портового города — сейчас чуть меньше восьми тысяч, и эта цифра уменьшается с каждым годом. Помимо масштабных перевозок лесных грузов Белозерский порт занимался перевозкой пассажиров и ремонтом судов. После распада Союза предприятие стало стремительно увядать. В 2014 году порт перешёл в частное владение петербургской компании ООО «Белозерское пароходство».

«Ничего хорошего сказать не могу…раньше тут по пять-шесть пароходов стояло. У нас народу утром — откроешь ворота — машины едут и едут. А сейчас в бухгалтерии один человек. Вообще никого нет. Навигация закончилась», рассказывает Андрей.

Любимое воспоминание белозер — поездки на метеорах, советских скоростных теплоходах, из Белозерска до Вологды и Череповца. Последние метеоры, по словам местных, перестали курсировать между городами в начале нулевых. Сейчас попасть в Белозерск можно либо на машине, либо автобусом из Череповца.

Тем временем начальство порта готовит новое сокращение: «У нас некоторые суда хотят на прикол поставить из-за нехватки топлива, — рассказывает Андрей. — Всё, работы не будет».

В связи с угрозой мобилизации Андрей подумывает вернуться на работу охранником на «пятак» — так здесь называют исправительную колонию №5 на острове Огненный для пожизненно осужденных: «Там хоть «броня» есть, оттуда не заберут». На вопрос о предстоящих выборах в Госудуму в сентябре Андрей отвечает, что голосовать скорее всего пойдет (за кого — не говорит), но так далеко он загадывать не может: «Раньше я мог планировать что-то — в сентябре отпуск, допустим. А сейчас я уже ничего не планирую. Сегодня я на смене, а завтра не знаю, что будет».

***

Говорят, когда-то по Белозерску ходил общественный транспорт, но сейчас автобусные остановки используются местными разве что для распития алкогольных напитков, а здание городского автовокзала выкуплено частным лицом, и его частично арендует магазин «Бристоль». Добраться куда-либо можно либо на такси, либо на попутке. Весёлая молодая женщина без передних зубов посоветовала голосовать у «трёх гандонов» — так вологжане называют однотипные муралы на въезде в города Вологодской области, поставленные по заказу губернатора.

Андрей и Татьяна из Белозерска едут купаться на озеро. Андрей — улыбчивый крепкий парень — работает в транспортной службе РЖД в Петербурге вахтовым методом. Неделю там — неделю дома. На вопрос, почему он не переедет в северную столицу с концами, отвечает, что дома лучше. Татьяна — уставшая тоненькая женщина в желтом платье чуть выше колена — работает воспитательницей в местном детском саду. На вопрос о жизни в Белозерске, она говорит прямо: «У нас всё плохо. Все, кто приезжает, удивляются: коммуналка в два раза выше, чем в соседних городах и сёлах, а зарплата — минималка». По данным информационного портала Trudko.ru, средняя зарплата по городу составляет 38,5 тыс. рублей.

Действительно, тарифы на отопление в Белозерске — одни из самых высоких в Вологодской области. По словам местных, в зимний период на двухкомнатную квартиру за одно только тепло жители могут отдавать до 10 тыс. рублей, притом что в столице региона, Вологде, ценник варьируется от 1,5 до 3,5 тыс. рублей. Помимо логистических факторов на ценник влияет ветхое жильё, повышающее расход тепла в квартире.

- А где заправляетесь? — спрашиваю.

- Здесь же и заправляемся — по сто двадцать, — отвечает Андрей.

- Почему же городские власти никак не регулируют цены на бензин?

- А поди разберись, кто там в этой администрации сейчас, каждые полгода присылают нового, — говорит Татьяна.

- Почему так?

- Один наворовался, доставили следующего, — с иронией подхватывает Андрей.

С середины 2025 года глава района менялся уже два раза. Последний — Юрий Жаворонков — пришёл на пост в июле этого года, сменив Дмитрия Долбилова, изначально избранного на пятилетний срок. На журналистский запрос о комментарии он не ответил.

Экономист Анна Сенина уточняет, что региональные власти не имеют прямого давления на независимые АЗС, хотя могут вести с ними переговоры и сотрудничать с ФАС для регулирования цен. «В периоды кризиса государственные органы могут договариваться с отдельными крупными сетями о сдерживании цен в приоритетных городах или районах, тогда как независимые АЗС остаются вне таких договорённостей. ФАС. Региональные власти могут выдавать предупреждения конкретным АЗС за завышение цен, но это точечные меры, не выравнивающие весь рынок», — объясняет эксперт.

***

На озерном острове в 20 километрах от Белозерска стоит разрушенный временем храм-маяк — одинокое свидетельство о затопленных деревнях Белозерья. Последние 18 лет это здание пытается сохранить создательница фонда «Крохино» Анор Тукаева. Анор, москвичка родом из Уфы, впервые оказалась на Белом озере в конце 2000-х, когда ей было 24, и влюбилась в эти места. С тех пор она посвятила жизнь консервации храма и сохранению памяти о деревнях, затопленных в 1961 году при заполнении Шекснинского водохранилища. Проект Анор хорошо известен на всероссийском уровне: в 2013 году её история вошла в фильм Леонида Парфёнова «Цвет нации», а в 2026-м — в документальный киноальманах «Очаги».

В тёплую половину года Анор вместе с мужем и детьми живёт рядом с храмом — на берегу Белого озера, где раньше была деревня Крохино. Сохранившиеся фундаменты деревенских домов подарили этой земле вторую жизнь — на перегное проросли деревья, вернув крохинским болотам почву после затопления. На ней и стоит база Анор: за годы работы она оборудовала несколько домиков в формате бытовки для семьи и волонтёров, баню и кухню.

Единственный способ добраться до Крохина — на моторной лодке. В острую фазу кризиса Анор, как и все белозеры, была вынуждена ездить в Череповец за 120 километров только ради того, чтобы заправить машину и налить в канистры бензин для лодки. Теперь — за 40 километров, до ближайшей заправки «Лукойла» под селом Липин Бор, где есть возможность расплатиться топливной картой. Для организации, живущей за счёт безналичных пожертвований, топливная карта — единственная возможность заправиться. По словам Анор, в июле белозерские заправки перестали принимать этот способ оплаты. «Сейчас бензин можно купить только за наличные средства в два раза дороже, чем в начале лета», — рассказывает Тукаева.

В 2025 году фонд «Крохино» получил грант от фонда Потанина на реконструкцию бывшей насосной станции Белозерска. В здании к 2027 году планируется создание музея памяти о затопленных деревнях Белозерья. Работы по этому гранту — единственная предсказуемая цель Анор на ближайший год. «Проект «Крохино» существует за счёт частных пожертвований и пожертвований компаний, и сейчас действительно очень сложный этап для того, чтобы вообще привлекать внимание и средства именно к таким проектам. Они и раньше-то не казались очень важными и остросоциальными, а сейчас на фоне других проблем и бед совсем обесценились. А что касается планирования на будущее, то как можно учесть в собственной деятельности, к примеру, топливный кризис? Цены на транспортные услуги выросли в три, а то и в четыре раза. Если в прошлом году мы могли заказать [грузовую] машину за 20 тысяч рублей, то в этом году она стоит 100 000. Это невозможно заложить в грант, смета на который рассчитывалась два года назад», — рассказывает Тукаева.

Согласно отчёту на государственном сайте бухотчётности, в 2025 году бюджет фонда «Крохино» составил 10,7 млн рублей, половина из них — деньги по гранту на строительство музея памяти. При этом частных пожертвований по итогам 2025 года фонд получил почти в три раза меньше, чем годом ранее.

***

Никакой уверенности в завтрашнем дне и адекватных ценниках на бензин не озвучивают и сами представители власти. Ольга (имя изменено), сотрудница администрации Белозерска, согласилась поговорить о топливном кризисе в городе на условиях анонимности. Ольга считает, что цены очевидно повлияли на снижение терпимости к региональной власти, но ни администрация округа, ни губернатор области никак не могут поправить ситуацию — вопрос должен решаться на федеральном уровне. Тем не менее, Ольга уверена: ситуация в городе будет только ухудшаться и наступает новая волна кризиса. Сама женщина признаётся: несмотря на экономическую ситуацию, она остаётся в Белозерске, потому что страшно ехать с дочерью в большой город, ведь по стране идут военные действия. Информации о беспилотных атаках на территории Белозерского округа в открытых источниках нет.

Недовольство ситуацией в городе белозеры высказывают в сети. Паблик ВК «Белозерские вести» наполнен претензиями к властям по теме благоустройства, тарифов на коммунальные услуги и, конечно, цен на бензин:

«Почти на 100 рублей за литр дороже,чем в Череповце, вчера с дачи домой ехал, в Белозерске вообще ценников не было, в городе на Татнефти заправился 95 за 69.56 , совсем е@анулись»

«Когда будет бензин уже в городе Администрация Белозерского округа ??? По нормальной рыночной, адекватной цене? Почему администрация не прилагает никаких усилий стабилизировать обстановку с топливом в городе?»

«а что будет после выборов...?(»

О причинах топливного кризиса в публичных чатах Белозерска люди помалкивают, однако провластные комментаторы пишут о продолжающейся войне в Украине как о причине для снятия ответственности с администрации:

«По всей стране с бензином проблемы! Не забыли, что идёт война? Совестно должно быть жаловаться из-за временных проблем. Ничего, что ребята там воюют, чтобы вы мирно жили, а не паниковали. Раскачать страну можете и будет, как 91-й год — ни работы, ни зарплаты, бандитизм, беспредел. Как бы вы не относились к нынешней власти, не делает вам чести писать гадости о руководителях. Не уважаете их, то уважайте хотя бы себя, не опускаясь до откровенных оскорблений».

Одна из местных жительниц на это ответила так:

«Мы-то не забыли, что идёт война. А вот власть продолжает играться с нами в праздники и фестивали и, такое ощущение, о проблемах с бензином знает меньше нашего. Поэтому вы тут не тех носом макаете. Вас послушать, так пусть одни самодурствуют, другие воюют, а мы будем мирно жить и не замечать проблемы».

На вопрос о том, за кого жители отдадут свой голос в сентябре на выборах депутатов в Госдуму, никто из белозер в разговоре с корреспонденткой «Моста» не ответил.

Фотографии Анастасии Анисиной