Россия без санкций: возможно ли начать всё с чистого листа

Итак, представим, что всё это получилось.

Начнём с того, что проблемы российской экономики начались ещё даже до Крыма. Уже к 2010 году темпы ее роста упали, даже несмотря на высокие цены на нефть. Причиной такого замедления было исчерпание восстановительного роста российской экономики, запущенного реформами 1990-х. Чтобы двигаться дальше, надо было в корне менять приоритеты развития экономики, переходить на модели, основанные на инновационных технологиях, перестраивать российскую экономику на экспорт новых высокопроизводительных услуг.

Шанс на это был: в России появился конкурентоспособный IT-сектор, начал формироваться современный рынок финансовых услуг, востребованный за пределами страны. Но к тому времени российские элиты плотно захватили энергетический сектор, и всё остальное за его пределами их мало интересовало. При этом было понимание, что развитие новых конкурентоспособных и свободных отраслей несет с собой риски потерять власть внутри страны. И все возможные сценарии развития были заблокированы.

За прошедшие 15 лет ситуация стала ещё хуже. Были окончательно потеряны возможности экспорта высоких технологий. Намного хуже стала демографическая ситуация. Уровень силового давления в экономике существенно увеличился.

К существовавшим проблемам добавились новые, порождённые агрессивной российской политикой и внутренним переделом собственности.

Если в 1990 году российский рынок представлял большой интерес для зарубежных компаний, то сейчас оценка его возможностей стала гораздо более скромной. Риски ведения бизнеса в России чрезвычайно выросли, а прибыльность, наоборот, сократилась.

Добавлю, что иностранные компании выходили на российский рынок очень медленно, постепенно выстраивая партнерские сети, организуя производства, подготавливая себе кадры и инфраструктуру. Весь этот задел за последние три года практически полностью был уничтожен. Это означает, что любая зарубежная фирма, входя на российский рынок, должна будет снова с самого начала выстраивать партнёрскую сеть. Однако в условиях нехватки кадров и рынка, заполненного китайскими товарами благодаря «параллельному импорту», всё это будет сделать намного тяжелее.

На российский рынок войдут только те компании, которые будут продавать массовый ширпотреб. Скорее всего, мы снова увидим в таком случае торговые центры, наполненные знакомыми одежными и обувными брендами, такими как Zara или H&M. Они легко могут прийти, но им так же легко и уйти, если ситуация снова изменится.

Есть ещё одна проблема. Многие ушедшие из России иностранные компании фактически лишились собственности, которую у них отобрали «по понятиям» или выкупили за гроши. Заходить ещё раз на российский рынок эти компании едва ли будут, а отдавать им собственность нынешние российские владельцы точно не захотят. Мне трудно представить себе, как разрешить потенциальный конфликт между McDonald’s и «Вкусно и точка» или между Carlsberg и «Балтикой».

Нечто подобное будет происходить и с самолётным парком, который был приобретён по системе лизинга, а затем фактически присвоен российскими компаниями, которые перерегистрировали эти самолеты внутри России.

Это означает, что с чистого листа начать сотрудничество точно не получится. Россию ждёт большое количество судебных исков, которые не добавят репутации стране.

Остаются нерешенными проблемы с отсталостью транспортной инфраструктуры. Это уже ярко видно на примере Российских железных дорог. Обострилась проблема старых угледобывающих регионов, таких как Кузбасс. А впереди еще маячит зелёный переход, который никто не отменил, только сроки его наступления сдвинулись на несколько лет вперед.

Вновь присоединенные территории также потребуют огромнейших расходов. Во-первых, это регионы с устаревшей промышленностью, которую еще и Украине приходилось серьёзно дотировать. И за 11 лет военных действий она еще сильнее деградировала. Во-вторых, территория областей, на которые пытается претендовать Россия, сопоставимы суммарно с территорией приличного субъекта федерации или даже небольшого государства.

В случае окончания военных действий Россия получит огромные площади, на которых необходимо проводить разминирование, рекультивацию и создание заново промышленности. Некоторые отрасли, такие как угольная, восстанавливать теперь просто бессмысленно. Россия и свой уголь не может продать с прибылью.

Вдобавок на этой территории рабочих рук осталось очень мало. Одни уехали от войны, другие погибли, будучи насильно мобилизованными. Да и инвестиции в эти земли могут быть только государственными, поскольку отдачи от вложений придётся ждать бесконечно долго. Кроме того, регион этот наводнен оружием, поэтому с большой вероятностью его придется долго держать на особом положении, включая контроль границы с остальной Россией.

Подводя итог, можно сделать вывод, что никакого серьезного экономического роста в России даже при отмене всех санкций и победном завершении войны не будет.

Для того, чтобы этот рост был, нужны либо свободные ресурсы (труд и капитал), либо инвестиции, несущие с собой новые технологии. Трудовых ресурсов свободных у России нет. Неиспользуемых производственных мощностей — тоже. Надеяться на иностранные инвестиции, как я уже сказал, тоже не приходится.

Мало того, демографическая ситуация в России сложилась таким образом, что в ближайшие пять-семь лет Россия будет терять не менее 300 000 человек трудоспособного возраста ежегодно.

Безусловно, возможен краткосрочный всплеск экономической активности в результате окончания военных действий и роста надежд на будущее. Но он быстро закончится, поскольку Россия не только не решила ни одну из проблем, которые стояли перед ней 15 лет назад, но и усугубила их военными действиями, огромной миграцией и потерей экспортных рынков.

Рано или поздно все эти проблемы всё равно придётся решать, вне зависимости от того, когда и как закончатся военные действия. И чем раньше российское общество осознает эти проблемы, тем больше шансов на их решение в ближайшем будущем.